Только в белорусском праве после этого тезиса до сих пор можно ставить знак вопроса. Попробуем разобраться почему.
Множество авторов - теоретиков и практиков, в том числе специалистов в сфере правового обеспечения информационных технологий, стремясь обосновать концепцию "исключительного права - как единственного оборотоспособного объекта интелектуальной собственности" ввзяли себе на вооружение тезис о том, что все результаты интеллекутальной деятельности и компьютерные программы в частности не являются объектами гражданских прав. Обоснованием такой позиции, кроме неотчуждаемости компьютерной программы как нематериального результата творческого труда, приводятся положения ст. 128 ГК Республики Беларусь.
"Статья 128. Виды объектов гражданских прав
К объектам гражданских прав относятся:
вещи, включая деньги и ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права;
работы и услуги;
охраняемая информация;
исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности (интеллектуальная собственность);
нематериальные блага".
Как мы видим в отличие от большинства стран ближнего зарубежья белорусский законодатель прямого указания в перечне объектов гражданских прав на объекты авторских прав (резильтаты интеллектуальной деятельности) не сделал. При этом, например, в том же Российском законодательстве результаты интеллектуальной деятельности все же указаны в соответствующей статье Гражданского кодекса в качестве объекта гражданских прав.
Что можно сказать по этому поводу, неужели правовые концепции России, Украины и Беларуси так существенно отличаются или все же имеет место попытка отдельных авторов исказить понимание традиционной структуры объектов гражданских прав в угоду обоснования некоторых своих выводов и устоявшихся подходов к оформлению документов.
Общепринято, что компьютерная программа является отдельным объектом авторского права и подлежит правовой охране в качестве самостоятельного произведения. Именно в отношении компьютерной программы возникает совокупность имущественных и неимущественных прав. Гражданское законодательство прямо признает компьютерную программу объектом охраны.
В литературе такого рода «блага» по поводу которых субъекты гражданского права вступают в правовые отношения принято относить к объектам гражданских прав. При этом оборотоспособность, т.е. способность свободно отчуждаться или переходить от одного лица к другому, не является обязательным признаком объекта гражданских прав. Неотчуждаемые объекты или объекты гражданских прав, нахождение которых в обороте не допускается (например, объекты, изъятые из оборота, или нематериальные блага), прямо признаются объектами гражданских прав, несмотря на то, что не могут быть предметом сделок или иным образом отчуждаться.
Что можно сказать по этому поводу, неужели правовые концепции России, Украины и Беларуси так существенно отличаются или все же имеет место попытка отдельных авторов исказить понимание традиционной структуры объектов гражданских прав в угоду обоснования некоторых своих выводов и устоявшихся подходов к оформлению документов.
Общепринято, что компьютерная программа является отдельным объектом авторского права и подлежит правовой охране в качестве самостоятельного произведения. Именно в отношении компьютерной программы возникает совокупность имущественных и неимущественных прав. Гражданское законодательство прямо признает компьютерную программу объектом охраны.
В литературе такого рода «блага» по поводу которых субъекты гражданского права вступают в правовые отношения принято относить к объектам гражданских прав. При этом оборотоспособность, т.е. способность свободно отчуждаться или переходить от одного лица к другому, не является обязательным признаком объекта гражданских прав. Неотчуждаемые объекты или объекты гражданских прав, нахождение которых в обороте не допускается (например, объекты, изъятые из оборота, или нематериальные блага), прямо признаются объектами гражданских прав, несмотря на то, что не могут быть предметом сделок или иным образом отчуждаться.
В этой связи становится не совсем понятна позиция отдельных авторов, заявляющих об исключении объектов авторских прав или результатов интеллектуальной деятельности, в том числе и компьютерных программ, из состава объектов гражданских прав в связи с тем, что результаты интеллектуальной деятельности «сами по себе не являются объектами гражданского оборота».
Представляется правильным относить компьютерные программы и иные результаты интеллектуальной деятельности, признаваемые в качестве объектов авторского права и промышленной собственности, к изъятым из оборота объектам гражданского права. Такой подход позволит формально обеспечить режим правовой охраны объектов авторского права и обосновать возникновение в отношении них множества имущественных и неимущественных прав.
С учетом предлагаемой законодателем системы объектов гражданских прав приходится относить результаты интеллектуальной деятельности к «иному имуществу», перечисленному в абзаце втором статьи 128 Гражданского кодекса. В противном случае, возникает странная ситуация, не только противоречащая основным законам логики, когда часть общего, не признается его частью, т.е. объект авторского права, которое само по себе является гражданским правом, не признается его объектом, но и исключаются основания для возникновения режима правовой охраны объектов авторских прав, которые по этой же причине не могут являться объектами такого гражданского права, как право на защиту.
